Германский фашизм втайне готовит новое чудовищное злодеяние

Центр общественных связей ФСБ России опубликовал предоставленные Центральным архивом ФСБ России цифровые копии архивных документов о подготовке гитлеровской Германии к применению химического оружия.

Поводом для размещения материалов стала годовщина публикации сводки Совинформбюро от 22 июля 1941 года о захвате документов штаба одного из подразделений вермахта, среди которых находились инструкции по применению средств химического нападения. Из сообщения Совинформбюро мировая общественность узнала о планах «третьего рейха» применить отравляющие вещества на поле боя. Не исключено, что предание гласности именно этой информации удержало военно-политическое руководство нацистской Германии от их использования в боевых действиях на советско-германском фронте.

Основу архивных материалов составляют показания сдавшегося в плен под Сталинградом подполковника германской армии Герхарда Вестербурга, который проходил службу в экспериментальном отделе № 9 управления усовершенствований и испытаний главного управления вооружений германской армии, осуществлявшем разработку боевых отравляющих веществ.

22 июля 1941 года в сводке Совинформбюро было опубликовано небольшое сообщение о захвате документов штаба одного из батальонов 52-го минометного химического полка вермахта, среди которых находились инструкции по применению средств химического нападения. В сводке сообщалось:

«15 июля в боях западнее Ситня, что восточнее Пскова, при отступлении немецких частей нашими войсками захвачены секретные документы и химическое имущество 2-го батальона 52-го минометного химического полка противника.

В одном из захваченных пакетов находилась секретная инструкция НД № 199 „Стрельба химическими снарядами и минами“, изданная в 1940 г., и секретные дополнения к инструкции, разосланные войскам 11 июня текущего года. Эти документы содержат тщательно разработанные указания по технике и тактике применения отравляющих веществ в большом масштабе. В дополнении к инструкции указывается на то, что химические войска получат новые минометы образца „40“, калибра 10 сантиметров и образца „d“, а также новые химические мины.

Захваченные частями Красной армии германские секретные документы с исчерпывающей полнотой доказывают, что германский фашизм втайне готовит новое чудовищное злодеяние — широкое применение отравляющих веществ. В составе действующих германских войск имеются специальные химические части по отравляющим веществам».

Как видно из текста, германские войска за 10 дней до нападения на Советский Союз — 11 июня 1941 года получили инструкции об использовании боевых отравляющих веществ.

Из сводки Совинформбюро от 22 июля 1941 года мировая общественность узнала о планах «третьего рейха» применить отравляющие вещества на поле боя. Не исключено, что предание гласности именно этой информации удержало военно-политическое руководство нацистской Германии от их использования в боевых действиях на советско-германском фронте.

Еще одно свидетельство о намерениях гитлеровцев применить против Красной армии химическое оружие нашло отражение в оперативных документах НКГБ СССР 1943 года.

Так, накануне Курской битвы начальник 4-го Управления НКГБ СССР П.А. Судоплатов направил наркому госбезопасности СССР В.Н. Меркулову спецсообщение, поступившее от оперативной группы, действовавшей в районе г. Борисова Минской области. В нем сообщалось о переброске германских войск и боевой техники из Минска в сторону Гомеля.

Среди прочего в спецсообщении указывалось:

«<...> Кроме того, в указанном направлении проследовал один эшелон с отравляющими веществами, имеющими запах яблок (вероятно, речь идет о нервно-паралитическом газе „Табун“ — примеч. ЦОС), и 73 эшелона с боеприпасами до 900 т в каждом. Из разговоров офицеров германской армии, немцы намечают в 20-х числах июня с.г. наступление на правом фланге Орловского фронта, а также в районе Курска и Харькова [...]».

Новые подробности о подготовке нацистской Германии к применению боевых отравляющих веществ стали известны в СССР уже весной 1945 года.

После разгрома немецких войск под Сталинградом в советский плен попал командир одного из дивизионов 51-го минометного полка подполковник Герхард Вестербург. В ходе следствия сотрудники Оперативного управления Главного управления по делам военнопленных и интернированных НКВД СССР (ГУПВИ) получили данные о его причастности к разработке химического оружия.

Поводом к допросам германского военнослужащего послужила заметка, опубликованная в конце февраля 1945 года во французской газете «Монд», о намерении немцев применить химическое оружие:

«Париж, 26 февраля [1945]. Агентство Франс Пресс передает сообщение берлинского корреспондента газеты „Монд“, который ссылается на сведения, полученные в Швейцарии из одного из центров германской химической промышленности о том, что Германия, возможно, применит газы. Подчеркивают, что германское верховное командование придает все большее значение обучению новых призывников войне посредством газов. <...>

Кроме того, — продолжает корреспондент газеты „Монд“, — еще до конца прошлого года воинские части, действующие на Восточном и на Западном фронтах, получили герметически закрытые ящики с надписью: „Открыть лишь по официальному приказу фюрера“. До сих пор эти опасные средства, по-видимому, не были использованы на каком-либо фронте, но сам факт распределения таких ящиков в период военных действий является предупреждением об опасности.

В кругах германской химической промышленности в настоящее время много говорят о новом боевом газе „Бромейзенгаз“ на базе бромистого железа, который, якобы, действует на некоторые ткани спинного мозга, вызывая смерть в течение 30 часов. Очень крупные запасы этого газа сосредоточены в заброшенных шахтах Саарской области и в некоторых районах Баварии. Сообщают, наконец, о том, что в течение двух последних лет на заводах созданы значительные запасы „Фагона“ (так в тексте, вероятно, речь идет о фосгене — примеч. ЦОС)».

В рапорте от 28 апреля 1945 года на имя заместителя начальника ГУПВИ НКВД СССР комиссара госбезопасности 2-го ранга Кобулова А.З. старший оперуполномоченный 1-го отдела Оперативного управления ГУПВИ подполковник Савельев И.М. доложил:

«Мною в Бутырской тюрьме была начата 1/III-[19]45 года работа с военнопленным подполковником германской армии Вестербург Герхард.

За время работы с Вестербургом от него получены подробные показания по вопросам подготовки газовой войны Германией, испытанию новых видов БОВ, новых снарядов с БОВ и новых методов применения газов.

В процессе работы Вестербург дал собственноручные показания о 25 видах боевых отравляющих веществ, проходивших испытания в большом количестве новых видов боеприпасов с БОВ, новых дегазационных средствах, химических средствах, принятых на вооружение германской армии, и характеристику лиц (52 человека), занимавшихся разработкой применения отравляющих веществ в германской армии и ряд других вопросов».

Сведения, полученные от подполковника Г. Вестербурга, были доложены руководству страны.

Так, 10 марта 1945 года нарком внутренних дел СССР Л.П. Берия направил докладную записку в ГОКО (И.В. Сталину), СНК СССР (В.М. Молотову), НКО СССР (Н.А. Булганину) и Генштаб Красной армии (А.И. Антонову), к которой были приложены собственноручные показания Г. Вестербурга о подготовке Германии к газовой войне. В них немецкий офицер указал:

«Я готов дать сведения о всех фактах из этой области, известных мне по своей работе в экспериментальном отделе по химическим средствам (управление вооружений ОКХ), группе индивидуальной защиты, где я работал с декабря 1940 г. по конец июля 1942 г. <...>

Все мои знания по вопросам подготовки Германии к газовой войне я предоставляю честно и безоговорочно в распоряжение Советского правительства».

28 марта 1945 года начальник ГУПВИ НКВД СССР генерал-лейтенант Кривенко М.С. и его заместитель комиссар госбезопасности 3-го ранга Кобулов А.З. направили докладную записку наркому внутренних дел СССР Л.П. Берии:

«Продолжая работу с военнопленным подполковником немецкой армии доктором химических наук Вестербург Герхард, от него получены показания, характеризующие ряд боевых отравляющих веществ и проводившиеся с ними испытания, которых он в предыдущих своих показаниях не касался.

1. В числе трофеев, захваченных немцами в 1940 году во Франции была шашка с адамситом „Ц-5“ и наставление по ее применению. Испытания французской адамситовой шашки, проведенные немцами на опытном химическом полигоне в Раубкаммере, дали хорошие результаты. <...>

2. По показаниям Вестербург немцы проводили в конце 1941 и начале 1942 годов опыты по созданию дымовых завес с небольшими специальными танками, предназначенными для уничтожения минных полей, которые не имели экипажа и управлялись на расстоянии».

4 апреля 1945 года М.С. Кривенко и А.З. Кобулов направили очередную докладную записку в НКВД СССР:

«В процессе дальнейшей работы с военнопленным подполковником германской армии доктором химических наук Вестербургом от него получены показания, содержащие новые данные о подготовительных работах немцев по применению боевых отравляющих веществ:

1. В 1940-1942 годах экспериментальный отдел совместно с саперным отделом главного командования сухопутных сил Германии проводил опыты по применению окиси углерода для взрыва укреплений.

Опыты были проведены в казематах французских и чехословацких укреплений, занятых немцами.

Взрыв, произведенный в каземате французской укрепленной линии „Мажино“, дал исключительные результаты. Как показывает Вестербург, взрывные газы подняли бронированный колпак в воздух, все животные, помещенные в каземат в клетках, были мертвы, некоторых клеток нельзя было найти вовсе. <...>

Специалисты из Главного военно-химического управления Красной армии полагают, что разрушения Варшавы произведены немцами в значительной мере путем применения неустановленного газа.

2. Весною 1942 года на химическом полигоне в Раубкаммере (около Мюнстера) проводились опыты с 2-х сантиметровыми снарядами, выпускаемыми со стенда, но предназначенными для стрельбы из бортовых авиапушек. Это были первые опыты по применению огнестрельного оружия военно-воздушных сил с отравляющим веществом.

Снаряды были наполнены простым или вязким ипритом для стрельбы по аэродромам. При попадании снаряд должен был пробить крыши простых построек, разорваться и разбрызгать содержимое.

Опыты были успешными и боеприпасы для авиапушек с ипритом были введены на вооружение».

2 июля 1946 года министр внутренних дел СССР С.Н. Круглов направил на имя И.В. Сталина, В.М. Молотова и Л.П. Берия докладную записку с заявлением военнопленного Г. Вестербурга от 26 июня 1946 года Советскому правительству:

«В связи с допросом на Нюрнбергском процессе бывшего рейхсминистра вооружений Германии — Шпеера, признавшего, что Германия готовилась к химической войне, Министерством внутренних дел СССР допрошен содержащийся в подмосковном лагере № 27 бывший подполковник германской армии Вестербург».

К докладной записке были приложены фотокопии заявлений Вестербурга, в которых перечислены руководители работ в области боевых отравляющих веществ и противохимической защиты в «экспериментальном отделе «Прюф 9» (WA Prüf 9 — управление усовершенствований и испытаний главного управления вооружений германской армии. Девятый отдел управления специализировался на защите от химического оружия и его разработке — примеч. ЦОС), а также перечислены боевые отравляющие вещества, состоявшие на вооружении нацистской Германии.

«После прихода к власти национал-социализма, в связи с общим увеличением армии, велась активная подготовка к газовой войне. <...>

С началом войны работы по подготовке газовой войны и противохимической обороны приобрели более широкий размах».

Вестербург рассказал, что общее руководство подготовкой нацистской Германии к химической войне осуществляли верховный главнокомандующий рейхсканцлер Адольф Гитлер, начальник штаба оперативного руководства вермахта (ОКВ) генерал-фельдмаршал Вильгельм Кейтель, начальник верховного командования сухопутных войск (ОКХ) генерал-полковник Франц Гальдер и начальник управления вооружений ОКХ генерал артиллерии Эмиль Лееб.

Непосредственно руководили разработкой химического оружия в 1936-1942 годах инспекторы минометных войск и противогазовой обороны при ОКХ генералы Эдгар Тайсен, Герман Окснер, Эрвин Лейстер и полковник Герхард Зелле.

В разработке боевых отравляющих веществ и способов их применения принимали участие известные германские ученые-химики: Вольфганг Вирт, Рихард Кун, Фердинанд Флури, Йоханнес Эберт.

Об экспериментальном отделе и его контактах с лабораториями при высших учебных заведениях и химических заводах, Вестербург рассказал: «Экспериментальному отделу 9 была подчинена военная лаборатория противохимической защиты Шпандау. Она занималась научными исследованием боевых отравляющих веществ с точки зрения их применимости, их действия и определения их химических и физических свойств. <...> На полигоне Раубкаммер производились опыты на местности. <...>

Поскольку оборудования и персонала не хватает для разрешения задач, стоящих перед экспериментальным отделом, отдел привлекает к своей работе дополнительные внешние организации, т.е. лаборатории ряда высших учебных заведений и заводов.

Связь с внешними инстанциями устанавливает и поддерживает проф[ессор] д-р Вагнер1.

К т